переводчик сайта
EnglishFrenchGermanRussian
ВАЖНЫЕ НОВОСТИ ДСНМП
  • 29 октября 2016 г.

    Беседа И.Ю.Чепурной с насельниками монастыря Общины во имя Иконы Божией Матери “Державная”

  • 12 Октября 2016 г.

    Резолюция Конференции «Россия над пропастью Нового мирового порядка»

  • 19 Октября 2016 г.

    Вечер МО СРН памяти патриарха Тихона. Дискуссия с противниками его святости (видео)

  • 23 Июля 2016 г.

    Легализация вживления микрочипов в Российском законодательстве.(видео)

  • 2 июля 2016 г.

    Беседа Владимира Медведева о СНИЛСе, личном коде и «мертвых душах» в электронном концлагере.

ВСЕ НОВОСТИ

Популярные новости
Ajax spinner
МАТЕРИАЛЫ О НМП
КАЛЕНДАРЬ НОВОСТЕЙ
Декабрь 2016
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031  
http://prav-film.ru
национальный-медиа-союз
Мероприятия движения СНМП
Видеосборники движения СНМП
Православно просветительские лекторий Союза Христианское Возрождение
Лекции, беседы, статьи руководителя Движения СНМП В.Н. Осипова
Проповеди и беседы священников
Вечера Московского Отделения Союза Русского Народа
Православные фильмы
Военные фильмы
На страже Православия
You Tube Движения СНМП
You Tube Студии православных фильмов Иоанна Богослова
Кто онлайн
6 посетителей онлайн

Л.А.Рябиченко “Нарастающая мутация человечества”

FacebookVKTwitterOdnoklassnikiLiveJournalLinkedInMail.RuGoogle+Google GmailПоделиться

JKLDJFDKLSFJ230FLSKFJ2039RWLFH823H87HJ9WEРоссия стала одним из главных плацдармов гендерно-ювенальной войны, развязанной транснациональными корпорациями…  В России происходит беспрецедентно масштабное и одновременное внедрение гендерно-ювенальной идеологии, угрожающее уже демографической и духовно-нравственной безопасности страны.

На День семьи, любви и верности 8 июля 2016 года пришёлся дебют российского «флешмоба» под названием «Я не боюсь сказать».

Так называемый «флешмоб» (дословно – «мгновенная толпа») –  это одна из социальных технологий, представляющая собой заранее спланированную массовую акцию, в которой группа людей собирается в назначенное время в назначенном месте и выполняет заранее оговоренные действия.

Обкатка данной технологии начиналась в 2000-е годы, изначально в физическом пространстве, когда, например, по сигналу, распространённому в соцсетях, желающие (группа студентов или школьников) собирались на центральной площади или проспекте конкретного города, что-то вместе делали (выкрикивали, делали одинаковый жест, движение) и тут же расходились.

После приучения общества к бессмысленному, но забавному для невзыскательного исполнителя действу, содержание акций стало меняться, приобретая вполне конкретное, зачастую провокативное наполнение, как, например, одновременная отправка в небо разноцветных шаров лесбиянками на Невском проспекте в Санкт-Петербурге или массовые аплодисменты «прохожих» на проспекте Независимости в Минске.

Сейчас количество вариантов и моделей флешмомбов увеличивается в прогрессии и зависит только от полёта фантазии  авторов, персоналии и целеполагание которых и является ключевым звеном в понимании сути явления.

Атака флешмоба

Флешмоб#яНеБоюсьСказати был создан 5 июля в украинском сегменте Facebook, когда там появилась тема с данным хештегом.

Хештег – это ключевое слово или фраза, перед которыми ставится символ #; он используется в публикациях в социальных сетях, облегчая пользователю, в зависимости от его интереса, доступ к страницам, на которые он даже не был подписан, или, наоборот, опосредованно формируя у него этот интерес.

СМИ активно распространяют легенду о моменте зарождении нового флешмоба: «Украинская журналистка Анастасия Мельниченко опубликовала свой дневник, в которомописаны несколько случаев насилия и домогательств, которым она подвергалась с 6 лет. Мельниченко призывает и женщин, и мужчин не бояться говорить о насилии и не чувствовать за собой вины за случившееся. Она надеется, что это позволит оздоровить не только общество, но и каждого, кто стал жертвой домогательств».

Через три дня в России проявился отечественный флешмоб#ЯНеБоюсьСказать, и СМИ стали бурно тиражировать истории  женщин, которые подвергались «самым гнусным домогательствам и насилию».

Не остались в стороне и национальные образования: 7 июля на интернет-портале «Даптар», посвященном проблемам дагестанских женщин, тему подхватила журналистка Светлана Анохина: «Разумеется, во всем виновата ты сама. А главное – родилась девочкой. Которая сама по себе уже провокация».

8 июля с призывом стать участницами акции-флэшмоба к жительницам Азербайджана обратилась бывший руководитель Азербайджанского Женского кризисного центра Матанат Азизова: «Не молчите, не бойтесь, говорите об этом».

12 июля эстафету подхватила автор блога на “Кавказском узле”, старший научный сотрудник Центра цивилизационных и региональных исследований РАН Наима Нефляшева:”Ты не должна искать решение сама, ты не должна скрывать, ты не должна стыдиться. Не бойся говорить. Не бойся спрашивать”.

13 июляпредставитель инициативной группы помощи жертвам насилия продюсер Дина Смаилова (Тансари) призвала женщин Казахстана к массовому признанию в соцсетях в пережитом насилии.

14 июля некие «активистки» призвали в социальных сетях присоединиться к акции жительниц Северного и Южного Кавказа

К этому времени в соцсети “ВКонтакте” было уже создано 13 сообществ под названием #ЯнеБоюсьСказать; количество хэштегов тоже увеличилось: #ЯнеБоюсьСказать, #яНеБоюсьсказать, #ЯНеБоюсьСказать,etc.

16 июля в Москве на конференции Sexprosvet 18+ Summer    прошёл круглый стол #янебоюсьсказать,  посвященный «одноименному  флешмобу  и проблемам, которые он поднял».

Все эти дни СМИ захлёбывались от трагических комментариев: «Украинки устроили душераздирающий флешмоб»,  «Фейсбук прорвало от громадного количества чудовищных историй», «Самое чудовищное в этих историях то, что это реальная жизнь».

Известный псевдо-православный ресурс привычно заголосил в либеральном ключе: «Мы не умеем говорить о переживании насилия. Не все понимают, что феминизм – это не только небритые подмышки и неприязнь к маскулинности. Научиться относиться к высказыванию о чужой боли без предубеждения. Без мыслей о том, что это богомерзкие феминистки».

Сами истории, многократно повторенные разными информационными ресурсами, истеричные, вязкие и гротескные, погружают читателя в кошмар, превышающий возможности человеческого восприятия, оставляющие в мозгу только ощущение непреходящего иррационального ужаса – что-то сродни страшилке из фольклора пионерского лагеря про «чёрную руку».

Атакующий  харассмент

Итак, «оператор изменений» – автор хештега #Янебоюсьсказать Анастасия Мельниченко, украинская феминистка, руководитель общественной организации «Студена», которая финансируется фондом Сороса и осуществляет социальную адаптацию «ветеранов АТО»; мать двоих детей, незамужем. Информации о ней и её деятельности в соцсетях достаточно, так что останавливаться на ней незачем – нужно просто понимать, что это очередной статист в чужом сценарии, каких в этом поле реализовано уже много.

Так, в сентябре 2012 г. 25-летняя бельгийская студентка школы киноискусства RITS Софи Питерс сняла скрытой камерой ролик «Женщина на улице» о «приставаниях»  к себе мигрантов из стран Африки и Магриба во время прогулок по Брюсселю (преимущественно в местах их компактного пребывания), разместила его в социальных сетях, и этот ролик «вдруг» стал основанием для стремительного принятия в стране закона «О защите женщин на улице» со штрафами от 75 до 250 евро. 

В 2014 году в Нью-Йорке 24-летняя актриса Шошана Робертс в обтягивающих джинсах и футболке десять часов ходила по улицам Манхэттена также в местах компактного пребываниямигрантовв сопровождении друга со спрятанной в рюкзаке камерой. Многие мужчины просто желали ей хорошего дня, а то и просили улыбнуться, но эти пожелания были представлены её соратниками из американской организации Hollaback, «борющейся с приставаниями к женщинам на улицах»,к домогательствам.

В Аргентине в июне 2015 г. студентка Аиши Риццо сняла ролик о том, как к ней каждый день приставали работавшие в ее районе  электрики, и разместила его в интернете, после чего в стране «внезапно» появился законопроект, предусматривающий запрет домогательств на улице.

Не нужно даже сильно стараться, чтобы обнаружить у акции 2016 года, запущенной Мельниченко,преемственность стратегий и заказной характер, понять нарочитость и избыточность хлынувших в соцсети «признаний», которые превращают мир для их читателя в «кошмар улицы Вязов», где все вокруг только и караулят тебя, чтобы надругаться.

Но и это ещё не всё: с лёгкой руки авторов к сексуальному насилию в этих историях отнесены даже прикосновения, фразы, взгляды, намёки – всё то, что давно стало содержанием модного в Европе и Америке и страшного в своей нелепости и карательности понятия «харассмент».

Харассмент – это «преследование за насилие», относительно недавнее и надуманное юридическое понятие, суть которого законодателем не определена, отчего правоприменение этой нормы, как правило, вмещает в себя личное представление и индивидуальные ценности конкретного полицейского или судьи: кто-то видит в харассменте «преступление, нарушающее неприкосновенность частной жизни», кто-то – «сексуальное домогательство», а кто-то – «ухаживания, шутки, комплименты» и т.п.

Но главный результат этой интервенции в общественное сознание – это посыл новой навязываемой обществу вины, который заключается в том, что «все мужчины – грязные животные, которые живут только для того, чтобы совершить насилие над женщиной, и используют для этого любые возможности». Важно отметить, что харассмент нацелен только на мужчин – женщин обвинения в сексуальном домогательстве не касаются.

На территории Евросоюза закон о сексуальном домогательстве на рабочем месте вступил в силу в 2005 году. В 2006-2008 гг. Израиль сотрясал скандал с президентом Моше Кацавом, который в середине 2007 года ушел в отставку, признав правдивыми обвинения в домогательстве. Во Франции в августе 2012 года на волне известного скандала с экс-главой Международного Валютного Фонда Домиником Стросс-Каном был принят закон о сексуальных домогательствах, который предусматривает до 2 лет лишения свободы и 30 тысяч евро штрафа, а при особых обстоятельствах тюремный срок может быть увеличен до трех лет, а штраф – до 45 тысяч евро. 

 

Гендерная интервенция

В России попытки продавить новые нормы так называемого «сексуального поведения» начались с 2005 года с принятием Госдумой в первом чтении внесённого депутатом Екатериной Лаховой законопроекта о «гендерном равенстве» (ФЗ №284965-3 «О государственных гарантиях равных прав и свобод мужчин и женщин и равных возможностей для их реализации (О государственных гарантиях равноправия женщин и мужчин)».

Закон содержит понятие «гендер», то есть «социальный пол» – собственное представление человека о том, к какому полу он принадлежит, а не то, каким он родился; идеологи гендерной теории утверждают, что пол – всего лишь «социальный конструкт»: к чему ребёнка приучат, тем он и будет себя считать; принятие гендерной идеологии (gender mainstreaming) в качестве основного вектора государственной политики стало для стран входным билетом в Евросоюз.

Данный законопроект – модельный,  единый для всех государств, а уже на его основе формируется затем соответствующее национальное законодательство. После его принятия «гендер» должен стать в России новой нормой, маркером благонадёжности и адекватности гражданина, а общество ожидают легитимизация извращений и приоритет прав так называемых «гендерных групп», которые сейчас СМИ «политкорректно» называют «ЛГБТ-сообществом»; для нынешнего большинства предусмотрена «позитивная дискриминация» до момента, когда традиционные и нетрадиционные части общества сравняются количественно; за «дискриминацию» содомитов прописана уголовная ответственность и штрафы от 500 тыс. до 1 млн. рублей в пользу «обиженного» (не в бюджет); за сексуальные домогательства (харассмент) также ожидают обязательные наказания; а для органов власти, политических партий, судей, правительства, института президентства прописано обязательное «гендерное» квотирование (выделение мест строго в соответствии с имеющимися «гендерными» группами) и многое другое.

В 2011 году законопроект Е.Лаховой  был дополнен и подготовлен ко второму чтению депутатом Еленой Мизулиной, но сопротивление общественности не позволило его протолкнуть, поэтому ещё через год лоббистами была предпринята попытка принять его по частям, а именно, продавить «харассмент» (п.3 ст.4 гл.1, пп.3 п.2 ст.4 гл.1, п.4. ст.2 гл.5 законопроекта  ФЗ №284965-3).

В сентябре 2012 года был использован уже известный сценарий: некая Юлия Колядина, отсняла и разместила в соцсетях ролик о том, как к ней на Курском вокзале, на Чистопрудном бульваре и иных людных местах Москвы, где она прогуливалась в мини-юбке, «приставали мужчины». Сколько дней  она провоцировала противоположный пол, были ли люди, «пытавшиеся» с ней познакомиться, действительно ей незнакомы, никто уже не узнает, но в итоге она смонтировала и разместила в интернете ролик, где «в каждом кадре» на неё «кидаются» все мужчины, которые её видят. Причём, ведут они себя в кадре достаточно терпимо – просто предлагают познакомиться или прогуляться, но грамотный монтаж расставляет акценты в нужном ключе.

Вслед за этим Колядина заявила о создании в России «нового общественного движения» под названием «Роснахал» и 19 сентября вышла с подругами к Госдуме на пикет с требованием принять закон о защите женщин от сексуальных домогательств. Эти требования сразу же публично поддержали депутаты Госдумы Мария Максакова-Игенбергс, Гаджимед Сафаралиев, Ирина Роднина и Сергей Калашников, а российские СМИ сообщили, что в Думе уже готовится законопроект, который будет предусматривать штрафы за приставания к женщинам в размере 50 тысяч рублей. 

Благодаря усилиям общественности, и эта попытка сорвалась, но намерения определённых сил уничтожить в России традиционные нормы остались. И уже 7 марта 2014 г. депутат Олег Нилов, по собственному выражению, «сделал подарок женщинам» и внёс в Госдуму законопроект N467782-6 «О внесении изменений в Кодекс РФ об административных нарушениях в части установления защиты прав женщин от сексуальных домогательств», предусматривающий штраф 30-50 тысяч рублей, либо обязательные работы на срок от восьмидесяти до ста двадцати часов – не только за домогательства, но и за …«ухаживание против воли женщины».

Общественность отбила и эту попытку, а в июне 2015 г. о харассменте снова вспомнили –российские СМИ облетела новость: «Правозащитники выступили за введение уголовной ответственности за сексуальное домогательство». В роли очередного «агента изменений» выступил руководитель так называемой «Ассоциации Адвокатов России за Права Человека» (борьба за легализацию однополых браков и прав на усыновление детей для гомосексуалистов) адвокат «Мария Баст», он же – Евгений Архипов, периодически переодевающийся в женское платье, женатый на пресс-секретаре своей Ассоциации Юлии Гусейновой, автор  знаменитой провокации возле МВД (фильм А.Будаладзе «Лицедеи», на 23 мин.), он же – адвокат экс-депутата Госдумы Ильи Пономарёва. Но и эту попытку общественности удалось предотвратить.

 

Информационная война с ценностями

Инициаторы гендерных изменений в своей деятельности отличаются последовательностью и умением работать над ошибками: принять гендерный закон целиком не удаётся – пробуют кусками; не вышло с законами – работают с восприятием граждан с помощью  видеороликов и пикетов у Госдумы; общество и на это не отреагировало – переключаются на масштабные изменения общественного сознания.

Модель  флэшмоба #ЯнеБоюсьСказать предварительно обкатали в 2015 году в Турции, когда после убийства  насильником-водителем маршрутки 20-летней студентки Озгеджан Аслан в соцсетях был запущен хэштэг #sendeanlat («расскажи свою историю») – естественно, о  случаях «сексуального домогательства и насилия». 14 февраля (так называемый «День всех влюблённых») в Турции была проведена акция протеста, участники которой потребовали в связи с гибелью Озгеджан Аслан отставки министра по делам семьи и социальной политики.

А в 2016 г. запустили через Украину на Россию проект флэшмоба #ЯнеБоюсьСказать, и, похоже, на этот раз у них всё получилось: помимо кошмарных историй-заготовок, в акции появилось множество комментариев-потрясений: «Я не думал, что всё так страшно», «Бедные женщины, через что они проходят», «Вы молодцы, что осмелились рассказать о пережитом насилии».

Это и есть тот самый результат, к которому шли авторы – создать в обществе стойкое убеждение, что все мужчины – потенциальные источники страшной опасности, что они собой не владеют, и что от них нужно защищаться, то есть в итоге посеять вражду между полами, сформировать изначальное презрение к мужчинам, предусмотреть для них наказание уже только за то, что они есть. По замыслу авторов, харассмент должен стать новой социальной нормой, пресловутой универсальной ценностью, отказ от которой в будущем будет чреват для индивида серьёзными санкциями.

С точки зрения информационной технологии «Окна Овертона», флэшмоб #ЯнеБоюсьСказать осуществил «перевод немыслимого в радикальное»: растабуировал запретную тему сексуального насилия (широкое обсуждение включает механизм социального заражения), вывел её в зону публичности, придал ореол привычности, обыденности, распространённости, дал неожиданную возможность латентным (скрытым) насильникам укрепить свои позиции: вон скольких не поймали, и я смогу. А пострадавшим женщинам  вместо того, чтобы обратиться к правоохранителям, предложил новый, алогичный путь публичного обнажения, своеобразного эксбиционизма. Женщины при этом,  как говорят психологи, получают «вторичную выгоду» – все их жалеют, сочувствуют, выслушивают/читают, «ставят лайки», и эти пресловутые «лайки» осуществляют позитивное подкрепление ошибочного поведения и позволяют женщинам вырабатывать деструктивный поведенческий стереотип.

По всей видимости, скоро в СМИ и социальных сетях последуют рассказы о том, что мужская агрессивная сексуальность – вещь обыденная и величина неизменная, что в современном «обществе сексуальных маньяков» только женщины смогут стать настоящими охранителями, и только «ценности» феминизма – независимость женщины от мужчины (в том числе, материальная), соревновательность или даже антагонизм с ним, способны спасти социум, а также, что именно феминизм – самая важная, исконная, исторически подтверждённая  составляющая часть жизни общества, признак его зрелости.

Общество уже начинают исподволь к этому готовить – недаром и после убийства турецкой студентки, и после массовых изнасилований в новогоднюю ночь 2016 года в Кёльне  местные мужчины вышли на акции протеста, надев на себя …женские юбки. Малопонятное обычному человеку наполнение такой акции имеет абсолютно логичный символизм – это демонстрация костюма, принадлежащего группе силы, группе победителей; то есть, свидетельство того, что феминистки уже добились того, что мужчины добровольно надевают женскую одежду в знак их превосходства. И это – приучение общества к новой модели, в которой пол – всего лишь «социальный конструкт», «гендер». Показательно уже то, что женскую одежду согласились надеть брутальные турецкие мужчины, хотя у них во все времена это считалось несмываемым позором, а мини-юбки и сейчас считаются принадлежностью гардероба женщины лёгкого поведения.

Ещё одна деталь: в 2014 году вЕгипте ввели уголовное наказание за домогательства и запустили в твиттере хэштег #هنتحرش_بالرجالة, что приблизительно переводится, как «мы будем сексуально домогаться мужчин», и это тоже сигнал о закреплении воинствующим феминизмом своих позиций.

Эстафету «юбок» подхватили  азербайджанские активисты социальных сетей, которыеначали новую акцию с хештегом #ozgecanicinminietekgiy изначально в поддержку убитой студентки – надели юбки, сделали фотографии и поделились ими в своих профилях в соцсетях, а в итоге совершили неожиданный кульбит в целеполагании, заявив, что таким образом они поддерживают …«свободу женщин на ношение европейской одежды».

Это, несомненно, целенаправленная деформация поло-ролевой идентичности, и удар устремлён в первую очередь на национальные государства, которые пока ещё стоят на позициях традиционных моделей и ценностей. Недаром Фонд Генриха Бёлля, известный своими усилиями на ниве продвижения «гендерного равенства», огласил в мае 2015 года результаты «комплексного исследования положения женщин в Чечне, Ингушетии, Кабардино-Балкарии и Дагестане», жительницы которых якобы в числе своих главных проблем назвали «отсутствие равноправия, ограничение свободы женщин, контроль со стороны мужчин, строгиерелигиозные нормы и  отсутствие защиты при насилии или несправедливости», что в итоге должно убедительно свидетельствовать всему миру о том, что традиции и консерватизм – отживший хлам и темница для личности.

И, наконец, главный символизм флешмобов заключается в том, что, к примеру, флешмоб в Турции, связанный с убийством студентки, стартовал в так называемый День всех влюблённых (день святого Валентина), а в России – в День семьи, любви и верности, то есть направление атаки указано недвусмысленно: семья и любовь, традиционные ценности и нравственность.

Ювенально-гендерное завтра

Чтобы предварить обвинения в поддержке насилия над женщинами, следует особо подчеркнуть, что любое насилие не имеет оправдания, в отношении кого оно бы ни происходило – женщин, мужчин, детей, стариков. Насильник всегда должен отвечать за свои злодеяния – по закону и в полной мере. Но в данном случае обсуждается не тема насилия, а суть глобальной мистификации и манипуляции общественным сознанием с помощью этой темы. И лоббисты ювенально-гендерного переустройства мира недаром отправляют во все концы информационного пространства своих верных «троллей» и запускают грамотно настроенных «ботов» – в этой войне побеждает тот, кто заставит общество думать в нужном ключе, оперировать специально подготовленными для него понятиями, кидаться на того врага, которого укажут. В этом и заключается то самое переформатирование нации, к которому нас упорно ведут транснациональные режиссёры.

Сейчас технология отрабатывается на России, но имеет своей целью изменение духовно-нравственных основ всего человечества. Клин, вбиваемый такой стратегией между полами – самая настоящая антидемографическая мера и глобалистская интервенция, которая неизменно  разведёт по разным берегам «людей разнополых» и уничтожит основы национальной и культурной идентичности. Мужчины начнут избегать женщин из-за страха серьёзного наказания, и им  ничего не останется, как искать общества себе подобных – ведь за ухаживания и домогательства по отношению к представителям своего пола никакого наказания не предусмотрено.

Но и это ещё не всё: среди жутких историй флешмоба и иллюстраций к ним, нет-нет, да и выскочит тема «домашнего насилия», которая пока и не харассмент вовсе, но которую под шумок усиленно делают таковой. Причём, осуществить такую трансформацию достаточно легко – нужно всего лишь придать мужьям статус насильников, а семью обозначить как место насилия. А если семья – это место насилия, то понятно, что насилию в ней в первую очередь подвергаются дети, и тогда это уже – почва для введения ювенальной юстиции, о чём и свидетельствуют принятые 3 июня 2016 года в российском правовом поле самые настоящие ювенальные нормы (закон №383-ФЗ).

Таким образом, замыкаются в единую цепь действия лоббистов по внедрению в России гендерной идеологии и продавливанию ювенальной юстиции. Да и судя по персоналиям, это выглядит именно так: например, на сайте «Радио свободы» флешмоб #ЯнеБоюсьСказать многословно комментирует и поддерживает адвокат Мари Давтян, которая одновременно является активным членом рабочей группы Госдумы под руководством депутата Салии Мурзабаевой по подготовке ювенального закона о семейно-бытовом насилии. А запустившая на сайте Change.org петицию за введение ювенального закона о семейно-бытовом насилии активистка Алёна Попова – партнёр по бизнесу и верная соратница экс-депутата Ильи Пономарёва, который активно выступал против закона о запрете пропаганды извращений несовершеннолетним. И таких «совпадений» в российском общественно-политическом пространстве предостаточно.

Объединяя стратегии, лоббисты работают над созданием комплексной ювенально-гендерной идеологии, когда новые понятия и представления станут основой жизни российского общества и произведут переформатирование нации.

Технология очень простая: стократно преувеличить в медийном пространстве размеры явления, придав ему вид пандемии (заболевания, охватившего весь земной шар); подкрепить свою оценку взятой ниоткуда и произвольно составленной «статистикой», утверждающей, к примеру, что «каждые 40 минут в России от домашнего насилия погибает одна женщина – за год это около 14 тысяч жертв», или что «85 процентов детей подвергаются насилию в своей семье»; провести масштабную информационную кампанию, подготовить общественное сознание к принятию новых норм и в итоге законодательно закрепить их.

 Людмила Рябиченко

Источник http://www.semlot.ru/gender/6973-narastayushchaya-mutatsiya-chelovechestva

(Просмотров за месяц: 331, за сегодня: 1)
Всего просмотров: 407