переводчик сайта
EnglishFrenchGermanRussian
ВАЖНЫЕ НОВОСТИ ДСНМП
  • 15 апреля 2018 г.

    Священник Виктор Кинешов: “Вопросы, часто задаваемые сторонниками учения патриарха Кирилла и противниками его отступнического учения”.

  • 29 Ноябрь 2017 г.

    Сборник материалов по обличению имябожнической ереси

  • 12 ноября 2017 г.

    Документальный фильм “Гонение на Православие в день 100-летия явления Державной Иконы Пресвятой Богородицы”

  • 29 октября 2016 г.

    Беседа И.Ю.Чепурной с насельниками монастыря Общины во имя Иконы Божией Матери “Державная”

  • 12 Октября 2016 г.

    Резолюция Конференции «Россия над пропастью Нового мирового порядка»

ВСЕ НОВОСТИ

Популярные новости
Ajax spinner
МАТЕРИАЛЫ О НМП
КАЛЕНДАРЬ НОВОСТЕЙ
Декабрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31  
http://prav-film.ru
национальный-медиа-союз
Мероприятия движения СНМП
Видеосборники движения СНМП
Православно просветительские лекторий Союза Христианское Возрождение
Лекции, беседы, статьи руководителя Движения СНМП В.Н. Осипова
Проповеди и беседы священников
Вечера Московского Отделения Союза Русского Народа
Православные фильмы
Военные фильмы
На страже Православия
You Tube Движения СНМП
You Tube Студии православных фильмов Иоанна Богослова
Кто онлайн
13 посетителей онлайн

Святогорский монах Климент: “Стоя на месте, я со скорбью наблюдал, как имябожники избивали православных…” (1913 г.)

FacebookVKTwitterOdnoklassnikiLiveJournalLinkedInMail.RuGoogle+Google GmailПоделиться

JKLSDFJDKLSFJDSKLFJSDKLFJE9WFEWF23DD Отрывок из книги «Имябожнический бунт, или Плоды учения книги “На горах Кавказа”», которая впервые она была издана в Петрограде в 1916 году (разрешение военной цензуры от 10 марта). Автор,  монах афонского Андреевского скита Климент, описывает трагические события, происшедшие на Святой Горе в начале 1913 года, ставшие кульминацией в развитии имябожнической смуты, – мятеж в Андреевском скиту, низложение и насильственное изгнание игумена с частью братии. Отец Климент, оказавшийся в числе пострадавших и изгнанных бунтовщиками из скита, раскрывает предысторию случившегося, восстанавливает действительный ход событий, опровергая тенденциозные журнальные публикации имябожников и их сторонников (с новой силой возродившиеся в настоящее время), в которых искажалась истина и возводилась клевета на достойных людей, и дает читателю возможность оценить события в соответствии с евангельскими словами: «По плодам их узнаете их» (Мф. 7, 16).

+ + +

«Булатович, глядя на игумена, с возрастающей дерзостью крикнул:

— Ты сдаешь игуменство?! Уходишь отсюда добровольно?! Игумен на это ничего не сказал. Булатович обернулся к дверям и, крестясь, произнес:

— Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

И мы все перекрестились. Я ожидал, что он будет держать какую-нибудь речь или скажет поучение. Но перед нами предстала страшная картина: Булатович опять повернулся к игумену и, бросаясь на стол, нараспев прокричал:

— У-у-р-р-а-а! Бе-ри-и-те!

Это было условным сигналом. Началось избиение непокорных Булатовичу. Ожесточение имябожников не знало пределов. К счастью, в зале нечем было им вооружиться, и благодаря этому и пассивности с нашей стороны не было убитых. Били кулаками, сбитых с ног топтали, влачили за волосы и избитых выкидывали за дверь. За ней в коридоре, на обширной площадке, продолжала их избивать озверевшая молодежь имябожников. Этой кровавой картины мне никогда не забыть. Особенно мне врезалось в память избиение иеромонаха Меркурия. Озверелые бойцы били его более по голове, по рукам и несколько раз сбивали с ног и, когда ему удавалось встать, опять и опять били по чему попадало, несмотря на то, что он был окровавлен.

Все его вооружение и защита были крестное знамение и молитва Иисусова, которые он повторял во множестве раз.

Монах Николай (певчий) в ужасе разбил окно и под удары кулаков силился выскочить вон, не обращая внимания на то, что под окном — каменный пол, о который можно насмерть разбиться.

К нам с игуменом, стоявшим за столом, как будто за крепостью, образовался доступ. Ко мне подскочил атлет монах П-ий и, схватив за рукав, дернул, крича: «Климента берите! Он главный защитник!» Но благодаря братии, тесно окружавшей нас, я устоял, в противном случае пришлось бы мне поплатиться черепом, ударясь о каменную стену. Стоя на месте, я со скорбью наблюдал, как имябожники избивали православных, и лишь тем утешался, что с нашей стороны никто не поднимал рук в защиту себя. Это само собою говорило, что дело наше правое.

Одна половина зала опустела, в другой расправа продолжалась. Один из ярых главарей имябожников, монах М-ко, схватил игумена за руку и стоял молча, очевидно, ждал, чтобы ему пришли на помощь другие, дабы вывести игумена небитым. Предполагая, что по уводе игумена из зала бойня в нем прекратится, я тихо сообщил игумену свое предположение. Он с ним согласился и, поддерживаемый за одну руку мною и главарем-имябожником за другую, вышел на площадку, помянутую выше, ведущую к Андреевской церкви. Здесь разъяренная толпа имябожников ждала себе жертв. На нас накинулись озверевшие бойцы. Игумена, однако ж, вывели небитым по направлению к Андреевской церкви, а меня потащили к черному ходу и, сбив с ног, стали бить без милосердия. Я думал, что настали мои последние минуты. Но Булатович скомандовал: «Довольно! Довольно! Убьете! Убьете!» И избиение меня прекратилось.

Волоком подтащили меня к лестнице парадного крыльца и снова начали бить. Булатович опять закричал: «Убьете! Довольно! Довольно!»

Я встал, меня бойцы крепко держали за руки, не зная, что далее делать. Я сказал: «Пустите меня, я уйду». Они меня повели по лестнице вниз. На ходу я заметил, что под левую руку поддерживает меня монах С-ой. Он незадолго перед этим просил меня научить его грамматике и катехизису, но, услышав от меня, что ему ранее полгода трудно усвоить эти предметы, убоялся трудов и учиться не стал. Теперь лицо его было страшно искажено и дышало злобой. Я в ужасе от него отвернулся.

Но вот мы спустились с лестницы и очутились на площадке соборного храма, где находилась толпа имябожников и любопытных. Отец П-р, библиотекарь, выступил важно вперед, приблизился к нам и, взяв меня за рукав, пробасил: «Стой!» Конвой, сопровождавший меня, остановился. Отец П-р, глядя на кровь, сочившуюся у меня из-под подбитого глаза, снова пробасил: «Да это он сам себе сбил». Затем растер кровь на моей щеке большим пальцем правой руки и властно сказал: «Ведите его за порту». Наш кортеж двинулся в путь.

На нас смотрели богомольцы и в ужасе не могли надивиться, что творилось на Святой Афонской Горе, в родном русском скиту, в который они издавна стремились прибыть и на время забыть в его тишине бурю житейских волнений.

В святой порте по моему адресу раздавались такие слова, каких более слышать я не желаю. Портой заведовал обладающий богатырской физической силой монах Ко-н. Я хотел ему что-то сказать, но он, не желая со мной говорить, вытолкнул меня за калитку. Я очутился за портой, во внешнем дворе, и пошел к другой решетчатой порте, желая уйти на Карею. У порты стоял вооруженный сардар и караулил ее, несмотря на то, что она была под замком. Я попросил его выпустить меня, но он мне отказал. В это время в святой порте открылась калитка, Булатович провел через нее игумена отца Иеронима. Я направился к ним и услышал обращенные к игумену слова Булатовича: «Мы тебя потом обеспечим». Увидев меня, Булатович сказал: «А ваши вещи потом выдадим». С этими словами он повернулся к скиту и проскочил в него через ту же калитку, через которую выкинули нас.

Мы с игуменом пошли к решетчатой порте. Она уже оказалась открытой. Миновав ее, мы очутились на чужой территории. С этой поры началась наша скитальческая жизнь.

И невыносимо тяжело было бы нам и прочим изгнанникам без теплой одежды, без денег и насущного хлеба в эту зимнюю пору, если бы сердобольные старцы некоторых келий, и в особенности Троицкой, что на Карее, отец Нифонт, не приютили нас, коим вечная от нас благодарность.

Имябожники, расправясь с нами в игуменском зале, снарядили летучий отряд. Он под командой члена духовного собора вышеупомянутого монаха Ф-та двинулся разыскивать ускользнувшие жертвы, причем многих избил и разграбил их келии.

Всех избитых имябожниками было до 50 человек. За портой из них оказалось 18, но их было бы больше, если бы наряд полиции запоздал к скиту подойти. Оставшиеся в скиту православные потом завидовали нашей, хотя и горькой, свободе.

Более полные и подробные сведения об избиении православных Булатовичем и дружиной его читатели «Исторического вестника» знают из дневника имябожника отца Протопова.

Мятежники, учинив с нами расправу, тотчас служили в соборе благодарственный молебен.

Пришедшую полицию для водворения в скиту порядка имябожники в скит не пустили. Она ограничилась тем, что приставила к запертой порте своих часовых.

В следующий день, 13 января, Булатович служил литургию.

Так имябожники торжествовали свою кровавую победу, мня, что, окровавив свои кулаки о незащищавшихся братии и выкинув их на мороз без теплой одежды и средств к продолжению жизни, сотворили службу, угодную Господу Богу».

Из книги «Имябожнический бунт, или плоды учения книги “На горах Кавказа”»  М., 2005, редактор  игумен Петр (Пиголь).

Источник https://svetsvet1svet1.wordpress.com/святогорский-монах-климент-отрывок-и/

* * * * *
ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ПО ТЕМЕ:

 

(Просмотров за месяц: 212, за сегодня: 1)
Всего просмотров: 669