переводчик сайта
EnglishFrenchGermanRussian
ВАЖНЫЕ НОВОСТИ ДСНМП
  • 29 октября 2016 г.

    Беседа И.Ю.Чепурной с насельниками монастыря Общины во имя Иконы Божией Матери “Державная”

  • 12 Октября 2016 г.

    Резолюция Конференции «Россия над пропастью Нового мирового порядка»

  • 19 Октября 2016 г.

    Вечер МО СРН памяти патриарха Тихона. Дискуссия с противниками его святости (видео)

  • 23 Июля 2016 г.

    Легализация вживления микрочипов в Российском законодательстве.(видео)

  • 2 июля 2016 г.

    Беседа Владимира Медведева о СНИЛСе, личном коде и «мертвых душах» в электронном концлагере.

ВСЕ НОВОСТИ

Популярные новости
Ajax spinner
МАТЕРИАЛЫ О НМП
КАЛЕНДАРЬ НОВОСТЕЙ
Декабрь 2016
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031  
http://prav-film.ru
национальный-медиа-союз
Мероприятия движения СНМП
Видеосборники движения СНМП
Православно просветительские лекторий Союза Христианское Возрождение
Лекции, беседы, статьи руководителя Движения СНМП В.Н. Осипова
Проповеди и беседы священников
Вечера Московского Отделения Союза Русского Народа
Православные фильмы
Военные фильмы
На страже Православия
You Tube Движения СНМП
You Tube Студии православных фильмов Иоанна Богослова
Кто онлайн
62 посетителей онлайн

Вечер МО СРН памяти патриарха Тихона. Дискуссия с противниками его святости (видео)

FacebookVKTwitterOdnoklassnikiLiveJournalLinkedInMail.RuGoogle+Google GmailПоделиться

FDSFKDJSFKLDSJF3K2DJKLWDJQWKLDJALKDJSALKDSADJДорогие отцы, братья и сестры! Предлагаем Вашему вниманию вечер Московского отдела Союза Русского Народа, посвященный памяти Патриарха Тихона. На данном вечере состоялась дискуссия с противниками его святости, которые и по настоящее время ведут активную кампанию по дискредитации Св. Патриарха Тихона и ряда других Новомучеников и исповедников российских.

Дискуссия на вечере Московского отдела СРН
в Международном Славянском Фонде 25 марта/7 апреля 2009 года

М.В.Назаров, председатель МО СРН (открывает вечер): Наш вечер посвящён памяти Патриарха Тихона, который (в числе Новомучеников и исповедников российских) был причислен к лику святых сначала в Русской Зарубежной Церкви (1981), а затем и в Московской Патриархии. Когда мы этот вечер объявляли в программе Славянского Фонда, то еще не предполагали, что вечер этот может стать дискуссионным, хотя оценки деятельности Патриарха Тихона, как вы знаете, разные. Если вы вспомните последние заявления епископа Диомида Чукотского, что Патриарх Тихон должен быть анафематствован, ибо он впал в “ересь цареборчества” и нельзя почитать таких людей, как он, и других новомучеников, – мол, это было не мученичество за Христа, а возмездие Божие.

Но вот появилась возможность пригласить на наш вечер учёного, который, собственно, и стал своими трудами основоположником вот этой теории, отрицающей святость Патриарха Тихона и других новомучеников, появилась возможность предложить ему участвовать в нашем вечере как дискуссионном, и он согласился. Это Михаил Анатольевич Бабкин. Он в прошлом году защитил докторскую диссертацию на эту тему. Он раньше жил на Урале, был доцентом в Южно-Уральском Институте (г. Миасс), а с осени прошлого года – профессор Московского педагогического института. Он провёл работу в архивах и выпустил два издания сборника “Российское духовенство и свержение монархии в 1917 году”. Эти документы собраны им с целью, чтобы показать, что руководство Русской Православной Церкви, мягко говоря, несёт главную вину за свершившуюся антимонархическую Февральскую революцию 1917 г.

И, поскольку в дискуссии положено сначала дать возможность автору высказать своё мнение, чтобы можно было его потом оспаривать, я предлагаю сделать сначала так: мы дадим 15–20 минут Михаилу Анатольевичу, чтобы он обосновал свою позицию. И я бы попросил сконцентрироваться именно на этих пунктах: почему Вы считаете, что Русская Православная Церковь или её возглавление, – как Вы сформулируете, я не знаю – «виновата» в Февральской революции. Мы тоже все считаем, что виновата, но в какой степени вины: стала инициатором революции в своем намеренном антимонархизме и “цареборчестве”, как Вы иногда пишете – или как-то иначе Вы здесь скажете? И какой вывод Вы делаете из этого применительно ко всем дальнейшим православным юрисдикциям, которые возникли после 1917 года [прежде всего: МП, РПЦЗ, Катакомбная Церковь] и существуют к нашему времени? Предлагаю Вам начать с этого, а потом мы будем возражать. И я призываю Вас и Ваших единомышленников вести полемику в нормальном православном духе. Мы не враги друг другу – мы хотим приблизиться к истине, и для нас это самое главное во всей нашей полемике, в нашей работе. Пожалуйста.

М.А.Бабкин: Дорогие братья и сестры, прозвучало сейчас, что я выдвинул теорию, что вот там, дескать, духовенство, что-то нехорошо себя вело. Во-первых, никакую теорию я не выдвигал и цели такой никогда не преследовал. Со студенческих времён у меня была любовь к монархии, многие лица здесь мне знакомы, известны и близки, потому что в 1990-е годы я очень много общался с Вами, посещал много собраний, то есть я считаю себя выходцем из этой среды и “закалка” у меня местная, монархическая. Так вот из интереса к проблеме монархии, у меня возник вопрос, такой юношеский интерес. Всё началось с сопоставления богослужебных чинов, то есть конкретно с того, что я заметил разные редакции в тропарях Георгию Победоносцу – в “советской” (нынешнего периода) и в “царской”. «Яко пленных свободитель и нищих защититель, / немощствующих врач, Царей поборниче…». Так вот, «царей поборниче» отсутствует в “советской” редакции, которая доныне здравствует. И у меня в юношеские годы возник вопрос: почему у Георгия Победоносца, покровителя Москвы и Союза Русского народа и Царей и т.д., почему небесная награда, скажем так, – «царей поборник», она исчезла?

Интересуясь этим (кто и когда ее отнял), по простоте душевной я думал, что это большевики сделали насильно и т.д. Соответственно захотелось узнать, когда именно это было сделано. И в итоге, так или иначе, вышел на Февральскую проблематику, на февраль–март 1917 года. Поднял “Церковные Ведомости”, официальное издание Синода, и с огромным удивлением для себя прочитал ныне знаменитые “определения Синода”. Я сам не поверил своим глазам. Я там увидел подписи: митрополит Киевский Владимир, Тихон (Белавин), Сергий (Страгородский), и т.д., верховные все, так сказать, имена. Я сначала не поверил, что они такое могли подписать. Думал, что кто-то их там впечатал, что это какой-то там заговор и т.д., и я решил убедиться, так ли это на самом деле. Я пошёл в синодальный архив, протоколы синода и другие хранятся в Государственном историческом архиве в Санкт Петербурге. Поднял все эти документы и увидел, что все эти подписи – подлинные, что там и митрополит Макарий, и все знаменитые определения, которыми была отвергнута монархия, свергнута царская власть.

То есть, что Синод приложил едва ли не максимум усилий для свержения монархии как института, не надо путать со свержением Николая Второго как Царя, то есть лично Императора Николая II. Я решил поднять, перелопатить: а как на местах всё это было встречено – Февральская революция и свержение монархии. Ну, в итоге я вышел на эту вот бездну документов, которая вылилась в сборник.

Конечно, встал вопрос, почему духовенство повело себя так, а не иначе. Но, поскольку я интересовался этой проблемой и параллельно церковным правом, историей Русской Православной Церкви, то понял, что я подошёл к проблеме Священства и Царства, что высшее духовенство видело в Императоре своего харизматического конкурента. То есть они, высшее духовенство, хотели, пусть всё будет, как при Царе, то есть пенсии, чины. награды, государственное обеспечение и так далее, но – без Царя. А почему без Царя? Чтобы воля Божия определялась через духовенство. То есть, когда есть Царь, возникает вопрос: через кого проявляется воля Божия – через Царя или через Патриарха? И вот по результатам 1917 года, что мы имеем? Что не стало Царя, но появился Патриарх. Уже это наталкивает на мысль, что это не спроста.

Ну и, развивая тему дальше, я защитил сначала кандидатскую диссертацию, потом докторскую. Я постоянно этой темой охвачен, ею занимаюсь. И в данный момент я из библиотеки приехал. Находится всё больше и больше документов, потому что все эти процессы не происходили единомоментно. Они происходили много десятилетий, можно сказать – веков. Тенденция духовенства была к тому, чтобы всячески умалить церковную власть Императора, то есть право Императора участвовать в церковном управлении, но чтобы возвысить, увеличить свою власть. Поскольку я только что из библиотеки, могу поделиться тем, над чем я сейчас работаю.

На протяжении, скажем, пятидесяти предреволюционных лет духовенство увеличивало титулы своих богослужебных титулований. Вот то, что мы сейчас имеем, когда в молитвах провозглашают: «о Великом Господине, отце нашем», «Святейшем» и так далее. То же самое относительно архиепископов: «господины», «освященные», «преосвященные», «преосвященнейшие» и «блаженнейшие» – это всё происходило исподволь, постепенно во всех служебниках вкраплялось, нарастало в предреволюционные годы поминовение архиереев, и одновременно шли процессы сокращения поминания Царского Дома. То есть получается, что духовенство всячески величало именно себя (какие они такие пышные, “славные”, “величавые”, “маститые”) и одновременно поминание Царя всячески сокращалось, задвигалось, в том числе проскомидийный чин был сокращен в1898 г., было целое определение Синода.

К чему я это говорю? К тому, что я не преследовал цель создать теорию по очернению духовенства, чтобы выставить его в неблаговидном свете. Я по образованию физик. И как физик я просто от фактов иду. Есть множество фактов. Как их интерпретировать, как их принимать?.. И, кстати говоря, почему этой темой никто другой не занимается? Потому что это абсолютно неблагодарная тема. Потому что любой исследователь, подходя к проблеме Февральской революции, подходит к очень важному вопросу. Факты говорят, что члены Синода чуть ли не подписку давали, что подписали некие определения по узакониванию Февральской революции и свержения монархии и привели народ к присяге на верность Временному правительству и т.д. То есть факты говорят об одном. Но, когда сравниваешь со святцами, исследователь останавливается перед выбором: чем руководствоваться – материалами архиерейских соборов, которые причислили к лику святости (и, значит, ты не можешь идти против «соборного разума Церкви»), или же руководствоваться научно-историческим подходом. А научно-исторический подход идёт в разрез с церковным, с определениями архиерейских Соборов. И этот выбор вызовет ужасную критику со стороны Патриархии. Собственно говоря именно эту критику я в полной мере на себе и ощущал – скрежет зубовный в свою сторону. Но этот скрежет ничем не аргументирован. Потому эта тема – неблагодарная, и никто ею не занимается. Хотя повторяю, что никакого злого умысла у меня не было и нет.

Какой следующий вопрос Вы хотели со мной обсудить? По поводу деятельности Патриарха Тихона?

М.В.Назаров: Вопрос вот в чём. Вы в своих публикациях используете такие выражения, что, если бы не участие в Февральской революции возглавления Церкви, революции не было бы, что это Синод провёл антимонархическую революцию, потому что хотел избавиться от Царя, и Синод и все эти архиереи впали в “ересь цареборчества”, понятие антимонархизма и “цареборчества” у Вас постоянно присутствует. То есть Вы придаёте архиереям активную роль, обвиняете их в ответственности за революцию. Как Вы это объясните?

М.А. Бабкин: Как раз ни о чём об этом я не пишу в своих трудах…

Голос из зала: Но Вы сегодня здесь это говорили. [Действительно, см. выше: «Синод приложил едва ли не максимум усилий для свержения монархии как института». – Ред.]

М.А.Бабкин: Но я этого не пишу. [Например, в одной из статей на эту тему М.А. Бабкин пишет: «...духовенство было заинтересовано не только в уничтожении монархии, но и, в первую очередь, в "десакрализации" царской власти» ("Клио", 2001, № 2/14, с. 114). – Ред.]

М.В.Назаров: Если бы я знал, что Вы будете отказываться, я бы набрал цитат. Я думал, Вы будете защищать свои выводы. Но вот из последнего номера журнала “Посев” (2009, № 3, с. 23) я Вам прочту цитату в Вашей статье: «По нашему мнению, официально принятое толкование “чуда явления Державной иконы” фактически является одним из средств богословского оправдания духовенством свержения в России царской власти».

М.А.Бабкин: Но это же не то же самое, что, «если бы не Синод, то не было бы революции»… Я просто говорю, что духовенство приложило едва ли не максимум усилий, чтобы свергнуть своего харизматического конкурента, свергнуть царскую власть. Вот, что я имел в виду.

М.В. Назаров: Ну хотя бы вот так.

М.А. Бабкин: Революция это многомерный процесс, в котором задействованы и либералы, там всякие партии и известные там деятели всякие, не буду их называть. Но каждый преследовал свою цель. Либералы одного там хотели, какие-то жидомасоны другого хотели, кто-то ещё третьего хотел. Духовенство – своего хотело.Они не пересекались как бы ни с одними, ни с другими (высшее духовенство), не объединялись с теми, с этими. Так вот духовенство преследовало свою цель…

Дом Романовых не отрекался от престола… Михаил Александрович дословно сказал: «Я готов восприять верховную власть, если такова будет воля Великого Народа нашего, и если у Учредительного собрания будет соответствующий выбор….». То есть получается, что Россия стояла на распутье, быть ли ей монархией или республикой. Россия стояла перед выбором. Так вот, моё исследование, собственно, в чём заключается? В этих условиях, условиях неотречения Дома Романовых от престола, как в эти условиях повёл себя Синод – высшее духовенство. Оказывается, Синод в этих условиях приложил едва ли не максимум усилий, чтобы снять вопрос о монархии с повестки дня, вообще снять. Монархия была предана целой серией документов. Главный, конечно, неоспоримый аргумент – отмена служебных поминовений Царского Дома.

В утренний тропарь Божией Матери ввели исправление: « …и утверди благоверное Временное правительство наше, ему же велела еси царствовать…». Были изменены ставнические присяги (при рукоположении духовенства), они оказались левее, чем общегражданская присяга Временному правительству. Если в гражданской присяге говорится, что все граждане повинуются Временному правительству вплоть до выбора на Учредительном собрании нового правления, то Синод в новой форме присяге ставленников (будущих священников) своими формулировками не оставлял права монархии быть выбранной. То есть в марте 1917-го Синод был левее кадетов, то есть стал республиканским.

М.В.Назаров: … Значит, Вы не настаиваете на том, что именно позиция синода стала решающей в осуществлении Февральской революции? Или настаиваете?

М.А.Бабкин: Я никогда об этом не писал, не настаиваю, и очевидно, что это бред просто. Это патриархийные критики пытаются вложить это в мои уста, чтобы выставить меня большим чудаком. Это Вы могли слышать от моих интерпретаторов…

М.В.Назаров: Мы могли слышать это от присутствующего здесь Артёма Стадника. Он, может, быть Ваши мысли несколько огрубляет, потому что он Патриарха Тихона “мерзавцем” называл и новомучеников тоже такими словами, что никакие они не новомученики. Ваше отношение к прославлению Патриарха Тихона в Русской Церкви.

М.А.Бабкин: Ну, знаете, ну какое моё отношение… Я раньше тоже ходил на молебны, читал акафисты Державной иконе Божией Матери, на стояния ходил по простоте душевной, когда я всё это так воспринимал. А когда углубил эту проблематику, больше не читаю ни акафистов ни Державной иконе, ни Патриарху Тихону, ни Владимиру и так далее никому из них. Но это моё личное убеждение…

М.В.Назаров: Тогда ещё более конкретный вопрос: как Вы относитесь к позиции епископа Диомида, который обосновывает своё право анафематствовать всех, кроме себя, фактически Вашими аргументами?

М.А.Бабкин: За епископа Диомида я, естественно, не в ответе, хотя вижу, что мои работы на него повлияли… Он правильно понимает всё это. Другое дело, что он берёт на себя то, что он делает, но я к этому как бы не причастен. Хотя к нему отношусь, безусловно, с большой симпатией.

М.В.Назаров: То есть Вы согласны с его оценкой этого вопроса, да? Что тут есть “ересь цареборчества”?..

М.А.Бабкин: Нет, я не идиот и этими аспектами не занимаюсь, то есть богословскими. Я их обхожу. Я веду светское исследование, а уж кто будет делать какие выводы, путь себе делают. Я же богословской области стараюсь не касаться. Конечно эти темы стыкуются, но я туда уже не захожу. Тем более, по поводу анафематствования и т.д. Но я считаю, что послания епископа Диомида обоснованы. Он не просто там что-то объявляет, он обосновывает.

М.В.Назаров: Ну, вот допустим, из его обращения: «Таковой страшный по своим последствиям бунт и отступление смогли быть совершены на Русской земле только потому, что в их осуществлении приняло участие духовенство Русской Церкви, члены Святейшего Правительствующего Синода во главе с митрополитом Киевским Владимиром (Богоявленским) при участии…» и так далее.

М.А.Бабкин: Ну, так он принял участие, правильно.

М.В.Назаров: “Только потому”? Без этого не было бы революции?

М.А.Бабкин: Да не было бы. Что считать за революцию – вот в чём дело. Одно дело считать Февральской революцией свержение Николая II 2 марта, другое дело там 3 марта, а другое дело, что всё это пошло, когда все эти процессы в октябрьскую революцию вылились, потому что в 1917 г. это одна большая революция – от февраля до октября и дальше. Дело в том, что вот сейчас, кстати говоря, даже в акафисте Державной иконе Божией матери, точнее не в акафисте, а во 2-й молитве к акафисту, там абсолютно ставится проблема с ног на голову, ну, я просто могу зачитать текст, чтобы было понятно. Вот это обобщение Февральской революции, что, дескать «февраль» – это есть «октябрь»… По поводу Державной иконы, я это специально выписал, потому что это действительно достойно внимания будет. Это взято из официальной патриархийной Минеи:

«Благодарим Тя за неизреченное милосердие Твое, яко благоволила еси явити нам, грешным и недостойным, сию святую и чудотворную икону Твою во дни сия лукавыя и лютыя, яко вихрь, яко буря внутренняя нашедшая на страну нашу, во дни уничижения нашего и укорения, во дни разорения и поругания святынь наших от людей безумных, иже не точию в сердце, но и устнами дерзостно глаголют: несть Бог: и в делех сие безбожие показуют…».

Вот, собственно говоря, по поводу февраля 17-го года – «во дни разорения и поругания святынь наших»? – В феврале 17-го никто к святыням не касался. «…от людей безумных, иже не точию в сердце, но и устнами дерзостно глаголют: несть Бог», ну и т.д. То есть ясно, что речь о большевиках. Но икона-то Державная не при большевиках, а в момент свержения монархии явлена. Причём, она была явлена днём 2-го марта, а Царь отрёкся в ночь около 12-ти со 2-го на 3-е марта. То есть икона была до свержения монархии явлена. [В дневнике Государь пишет, что согласился на отречение днем 2 марта, получив ответы от командующих фронтов к 14.30. Соответственно телеграмма Государя начальнику штаба об отречении датирована: "2 марта 15 час. 5 мин." В 23.40 Государь передал Гучкову и Шульгину переделанный текст отречения. В любом случае икона была явлена в этот же день – именно в начале всего богоборческого лихолетья, которое было вызвано свержением монархии. Непонятно, зачем г-н Бабкину придираться к словам акафиста, которые относятся не к положению в стране в момент отречения Царя и явления иконы, а к последовавшему из этого лихолетью? – Ред.]

И в это же время, днём проходило в Питере неофициальное заседание Синода в Сергиевом Подворье, и там как раз синодалы приняли решение вступить в контакт с революционной властью – Госдумой и Временным правительством. Царь в это время ещё не отрекался от престола. Вокруг Державной иконы, на самом деле, очень много мифологии, причем абсолютно диаметрально противоположных суждений. Ну, например, что Патриарх Тихон говорит, что кара Божия постигла…, но не только патриарх Тихон, но и другие говорили. А с другой стороны официальное толкование явления Державной иконы Божьей Матери (патриархийное, я имею в виду) говорит, что с 17-го года Царствование Божией Матери над нами, что, в общем-то всё хорошо. То есть одни говорят что с марта 1917-го – «гнев Божий», «кара Божия», «власть антихриста» – это прозвучало уже в эмиграции, а в патриархии утверждается, что власть Божьей Матери.

И я собираю все эти противоречия с Державной иконой, которых очень много, и много очень неясного. И я провёл такое микроисследование – откуда взялась версия, что вот явлении иконы – это милость Божия и благость Божия? Впервые эта версия была опубликована в октябре 17-го года в журнале “Православный собеседник” подворья Пантелиймонова монастыря в Москве. И эта версия вошла в Православную энциклопедию, озвучивалась устами патриарха Алексия, то есть эта версия официальная. То есть приходим к противоречию: что же у нас – гнев Божий и власть антихриста или – милость Божия и власть Божией матери? [Никакого противоречия мы тут, в отличие от г-на Бабкина, не усматриваем. Революция как кара Божия была попущена по нашим грехам для нашего вразумления. А милость Божия проявилась в том, что он не закончил на этом земную историю, а дал нашему народу шанс на опамятование "от обратного" на пути страданий. Для этого на это время и взяла Божия Матерь на сохранение регалии царской власти. – Ред.]

Автором этой версии о милости Божией был священник Николай Лихачев, который и был настоятелем этой самой Вознесенской церкви. Это я нашёл в открытом источнике (Свято-Тихоновский богословский Институт). Так вот один мирянин, а он сын протоирея, впоследствии епископа, в своих воспоминаниях пишет, что один священник нашел икону, назвал её Державной, а, поскольку икона не входила в киот, он просто взял ножовку, отпилил низ иконы, вставил в киот и начал говорить, что всё это милость и благость Божия. По моему мнению к такому человеку не может быть никакого доверия, потому что он сам неблагоговейно обошёлся с этой иконой. [Даже если икону обрел "недостойный" человек – это никак не может изменить значения ее явления. – Ред.]

Отец Павел (Буров) напомнил о Чине Торжества Православия, и что в этот чин входит анафема цареборцам: «Помышляющим, яко православнии Государи возводятся на престолы не по особливому о них Божию благоволению и при помазании на царство дарования Духа Святаго к прохождению великого сего звания на них не изливаются: и тако дерзающим против их на бунт и измену: анафема».

«Так вот, дерзнувшие на бунт и измену, – сказал о. Павел, – взяли власть и заставили Государя подписать ту самую злополучную телеграмму. После этого мы знаем, что преосвященнейшая рука “благоговейно” вычеркнула из чина анафематствования эту самую анафему. Те, кто дерзнул на бунт и измену сами подводят себя под анафему. Но соответственно возникает вопрос, не попадают ли под анафему те, кто её вычёркивал, и те, кто является их наследниками?.. Самой страшной датой нашей истории ХХ века, я считаю это то самое 7 марта, когда Святейший Синод в полном составе призвал фактически к клятвопреступлению, когда призвал церковный народ присягать «благоверному временному правительству»… Мы знаем в современности, насколько священноначалие Церкви Православной, позиция священноначалия влияет на настроение и на здоровье народа Божия. Мы сейчас видим это и видим, что происходило и тогда… То есть анафема или нет… Если анафема вычеркнута, если во многих местах она не произносится, тогда в каком положении находимся мы?..

Я не хотел бы поднимать вопроса о святости и ли несвятости, потому что… бывает, что Господь может помиловать человека за лютые грехи. И не нам, наверное, судить, что свято или не свято. Поэтому нужно разделять личную судьбу безсмертной души человека и роль исторической личности. Вот, если мы говорим об исторической личности Патриарха Тихона, митрополита Владимира и других членов Святейшего Синода, то мы должны конечно говорить о покаянии. О покаянии в грехе, наследниками которого мы все по определению являемся».

М.В.Назаров: Как я вижу, полемизировать приходится не столько с Михаилом Анатольевичем… Так, как он тут изложил в своих тезисах – это, собственно говоря, правильно. Все мы согласны, что архиереи наши были виноваты в своём отношении к Государю, в своём отступническом поведении в этой антимонархической Февральской революции. Вопрос тут вот в чём состоит.

Первый вопрос, который мне кажется важным, – их степень вины: было это грехом цареотступничества, как я это понимаю, и как это понимала, скажем, Зарубежная Церковь, или было это грехом “цареборчества”? Как Вы, всё-таки, Михаил Анатольевич эту линию проводите? Ваши последователи, такие, как Артём Стадник и епископ Диомид, прямо утверждают, что это было “ересью цареборчества”. И вот с этим согласиться трудно, потому что, во-первых, нужно учесть всю атмосферу, в которой случилась революция. Неужели это Церковь пропагандировала антимонархическую “ересь цареборчества” и добилась этой революции, а не другие силы, которые и есть виновники этой революции? Если мы перекладываем вину на архиереев, то мы снимаем вину с настоящих революционеров. Это раз.

Во-вторых, в той смуте, когда трудно было вообще разобраться, что происходит, когда была дезинформация вокруг отречения, – трудно было разобраться и архиереям. И потому формально они последовали призыву Государя и призыву его преемника (брата Государя), которого многие даже считали даже полноправным Царём после отречения Государя Николая II. Они последовали именно их призыву подчиниться Временному правительству, признать его власть, поскольку шла тяжёлая война, нужна была оборона страны, и какое-то правительство было нужно. И они, как это объяснял архиепископ Антоний Храповицкий, если бы не было такого призыва Государя, они не подчинились бы этому и не стали бы признавать Временное правительство.

М.А.Бабкин: До отречения признали.

М.В.Назаров: Как до отречения? Знаменитый этот документ благословления Временного правительства – это было 9-го марта, а отречение было 2-го.

М.А.Бабкин – 3-го ночью.

М.В.Назаров – Ну, да – 3-го [отречение Михаила. – Ред.]. Но синодальные документы датировались 9-м марта. Так что до отречения не было таких поползновений против монархии.

Вы подчёркиваете, что было соперничество между церковной властью и государственной. Возможно, такое соперничество у кого-то и было из-за недовольства, что Государь в условиях войны не стал созывать Поместный Собор для избрания Патриарха – т.е. по каким-то мелочам. Но мне трудно представить, что было серьёзное, настоящее “цареборчество” в высшем слое Русской Православной Церкви. И мне кажется большой натяжкой – использовать слово “цареборчество”.

Далее: не будем забывать, что Великий Князь Михаил Александрович тогда по мнению многих как бы стал Царём и именно он передал решение этого вопроса на Учредительное Собрание. Ведь Вы сами правильно сказали, что вопрос монархии оставался открытым. Никто не воспринимал это тогда, как: «всё, конец монархии, и вот будет республика». Даже Керенский провозгласил республику только 1-го сентября, если не ошибаюсь. А большинство народа православного и духовенство полагали, что это Учредительное собрание будет нечто вроде нового Всероссийского Земского Собора, который по примеру таких же соборов в Русской истории может вновь утвердить монархию, на каких-то новых началах. О «новых началах» говорится и в документе Великого Князя Михаила началах [«...принял Я твердое решение в том лишь случае восприять Верховную власть, если такова будет воля народа нашего, которому надлежит всенародным голосованием, чрез представителей своих в Учредительном Собрании, установить образ правления и новые Основные Законы Государства Российского». – Ред.]. Я вот не помню точно текст телеграммы Государя, но, по-моему, там тоже что-то говорится такое [«Заповедуем Брату Нашему править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях, на тех началах, кои будут ими установлены, принеся в том ненарушимую присягу». – Ред.]. И не обязательно трактовать Учредительное собрание как учреждение республики. Вы это признаёте.

 

Так, если Вы перенесётесь в эту психологическую атмосферу того времени этой смуты и вот этих призывов верховной власти (монарших призывов признать Временное правительство), вина архиереев немножко смягчается. Не стал бы я применять термин “цареборчество”. Цареотступничество – да. Но “ересь цареборчества” – это, мне кажется, перегиб… Я процитирую из владыки Диомида. Я одну цитату уже привёл, что «революция совершилась только потому, что в её осуществлении приняло участие духовенство». Далее у него: «Члены Святейшего Синода приняли участие в антимонархической революции».

Кроме того, степень вины в этом цареотступничестве – она тоже может быть разная. Она может быть по неведению, по введению в заблуждение человека. Не обязательно, что все сознательно решили предать Царя, отступить от него. Согласитесь, что грех может быть разный. И обвинять в “цареборчестве”, из этого делать вывод, что эти люди уже попали тогда под анафему, когда такой ереси церковь вообще ещё не знала и до сих пор, по-моему, не знает. И уж делать из этого вывод, что Господь Бог уже Сам их настолько проклял, что никакое исправление невозможно было, что они нераскаянными и погибли и что это не мученичество было, а возмездие…

Из зала: Анафема не есть проклятие Богом.

М.В.Назаров: Это не проклятие Богом, но интерпретация этого господином Стадником, в частности, и владыкой Диомидом – она однозначна. Вот, например, Владыка Диомид пишет: «Отступники, имяборцы (а он ещё и имяборчество вешает на Синод) и цареборцы новомучениками не являются. Они получили на земле от Бога своё воздаяние за своё отступничество и клятвопреступление». Вот отношение к проблеме новомучеников, с которым трудно согласиться.

Владыка Диомид пишет и о посланиях Патриарха Тихона, которому посвящён наш сегодняшний вечер. А я напомню, что у Патриарха было в январе 18-го года послание с анафематствованием фактически революционеров, хотя там и нет этого слова, – тех, кто начал всю эту антицерковную политику, начал громить и захватывать церкви. И было послание к годовщине “Октябрьской революции”, очень резкое против новой власти. А Владыка Диомид пишет, что «никто из членов того состава Синода не покаялся соответствующим образом в своем участии в цареборческом бунте “Анафему” патриарха Тихона (Белавина) от 19.01(01.02).1918 года “творящим беззакония и гонителям веры и Церкви Православной” невозможно считать таковым покаянием, ибо она направлена только против лиц, начавших бандитские разграбления материальных ценностей храмов – “достояния”, сопровождающиеся убийствами клириков.». То есть якобы причина была материальная у патриарха Тихона, а вовсе не защита Церкви и Веры.

И далее, что «ничем иным, как призывом обманутой всероссийской паствы защитить цареборческое духовенство от заслуженного возмездия, движимого выше» и была эта анафема и послание к годовщине революции. То есть якобы Патриарха волновали только материальные ценности, “кирпичи”, иначе бы он вообще не возмущался этой новой богоборческой властью. Это, простите, тоже натяжки.

И тут нужно учесть, что сама революция ведь была попущена Богом и отречение Государя (это христоподражательный, несомненно, подвиг) как последнее средство вразумления нашего народа. Революция уже произошла в головах, и потом только она вылилась в поведение нашей интеллигенции, поведение Думы, Синода, вылилась на улицы. И последним способом было – научить народ от обратного понимать эти ценности, которые были утрачены в наших головах. Оставалось только единственное средство – путём страданий, путём этой кровавой революции. И большевики были действительно попущены Богом для такого научения, как кровавое такое научение.

Но почему Владыка Диомид и Артём Стадник не могут допустить, что кто-то вынес из этого должный урок и покаялся? Именно, когда зло ещё не было в таком открытом виде в феврале, оно ещё могло выступать под маской добра и кого-то обманывать, дезинформировать, вводить в заблуждение. Но, когда оно было попущено именно в кровавом октябре, для саморазоблачения зла, вот тут и стало происходить в людях переосмысление и Февральской революции и миссии Церкви и необходимости защиты поругаемой Церкви, необходимости защиты Христианской Веры. И почему же подвиг этих людей, которые, да, в феврале они допустили грех цареотступничества, почему подвиг Патриарха Тихона не может быть признан таковым в сопротивлении богоборческому кровавому разгулу? Мне кажется, что это нельзя так злорадно трактовать, что это «возмездие за ересь цареборчества». То есть нельзя рубить с плеча. Ведь всё гораздо тоньше. В таких вопросах очень легко впасть в прелесть: «Вот я – единственный верный», что, к сожалению, и допускает владыка Диомид со множеством противоречий, которых я не буду сейчас касаться. И это мне кажется главным возражением на всю эту теорию “возмездия”. Вы от неё отказываетесь, что не Вы её создали. Допустим. Тогда я могу направить свой упрёк Артёму Стаднику и епископу Диомиду. Если Вы хотите что-то возразить, – пожалуйста. А потом я бы попросил Артёма Стадника выступить. А потом отца Валерия.

М.А.Бабкин: Ещё раз подчёркиваю, что я богословскими сюжетами не занимаюсь. Я термин “цареборчество” употребляю где-то там в самом конце в сносочке, вообще, проводя аналогию с иконоборчеством. И поэтому я на этом не только не делаю никакого акцента, вскользь только упоминая, хотя, конечно, понимая, что это дело богословское. Владыка Диомид берётся за это. Но не надо меня отожествлять с “цареборчеством”. Тут, кстати говоря, что такое “цареборчество” -  тоже вопрос. Да, я склонен думать, что это было “цареборчество”, но я повторяю, что об этом не пишу нигде [?! – Ред.]. По аналогии с иконоборчеством… Иконоборчество не значит, что иконы надо рубить, это просто непризнание икон как носителей образа Божия. Соответственно, “цареборчество” заключается не в том, что там с пулемётами идти на Царя или на Зимний дворец, а “цареборчество” (в сравнении с иконоборчеством) это непризнание харизмы Царя, непризнание его права управлять Церковью. То есть просто игнорирование: это не икона, а просто доска, это не Царь, а просто гражданин Романов.

И, кстати говоря, коль мы переходим на деятельность Патриарха Тихона, напомню его речь в Казанском соборе на Красной площади по поводу убийства Царя. Он ни разу Царя не называет Царём, Помазанником Божьим. Он называет его «бывший Государь», то есть как бы «гражданин Романов». То есть, светское такое отношение к Царю. Во-первых.

По поводу как говорят, якобы большевиков. Понятно, что никакой анафемы не было. Показателей тому очень много. Даже на Поместном Соборе, на котором был председателем Патриарх Тихон, где много занимались проблематикой церковно-государственных отношений, ни разу не прозвучало, что мы же предали анафеме большевиков. Не было такого. И по свежим следам, поскольку анафема непонятно кому была, прозвучало такое: слушайте, надо издать толкование на эту анафему. О чём речь вообще идёт? Как хочешь, так и понимай. То есть анафема направлена [на тех] кто совершает кровавые разбои, убивает священников, [попирает] заповеди [Христовы]  - вот дословно эта анафема. Так это просто на грабителей, на разбойников с улицы, на абстрактных, так сказать, людей, как хочешь, так и понимай, но никаких большевиков там, революционеров – ничего такого близко нет.

И, кстати говоря, в этом же послании сказано, процитирую близко к тексту. Патриарх Тихон в этом послании говорит, что власть, обещавшая водворить порядок и благоденствие на Руси, занимается тем-то, тем-то, тем-то. То есть, вот эти слова: «власть, обещавшая водворить порядок и законность» – на мой взгляд свидетельствуют о том, что Патриарх в первое время возлагал надежды на Советскую власть. Иначе, как понимать эти слова? То есть, власть, обещавшая водворить законность и порядок, делает не то, что обещала. Повторяю, что это, на мой взгляд, свидетельствует, что Патриарх Тихон в первые недели, месяцы советской власти вполне благосклонно к ней относился и, повторяю, возлагал на неё определённые надежды.

[Опять грубая натяжка г-на Бабкина. Упрекать власть в лживых обещаниях не значит верить в эти обещания и возлагать надежды на эту власть. И как раз это место в послании Патриарха Тихона прямо указует на объект анафемы – большевицкую власть, которая «проявляет всюду только самое разнузданное своеволие и сплошное насилие над всеми и в частности над Святою Церковью Православной», а не на "разбойников с улицы", как неправомерно интерпретирует г-н Бабкин. – Ред.]

…По поводу явных антимонархических шагов Тихона. Хотя он не делал таких ярких выпадов против монархии, но деятельность его напрямую об этом свидетельствовала. Например. Как известно, он, тогда ещё Митрополит Тихон, был председателем Поместного Собора. Почётным председателем был Митрополит Киевский Владимир(Богоявленский). Товарищами, то есть сопредседателями были Арсений Стадницкий (архиепископ), Георгий Щавельский, (все четверо – члены Синода) и плюс Родзянко. То есть, я хочу сказать. что руководящим составом Поместного Собора были как раз те члены Синода, которые отвергали Царскую власть. Так вот, монархисты, ну, буквально со всей страны, направляли послания Поместному Собору. Я нашёл порядка полутора десятка писем. Программа Поместного Собора была известна, но монархисты не видели близких себе вопросов. Царь находится в заточении, а почему духовенство не вносит в повестку именно эти важные вопросы? И соответственно монархисты направляли Собору свои предложения, что надо снять анафему, на нас тяготеет грех анафемы, наша совесть неспокойна, помогите нам разрешить нашу совесть. Другие письма: надо вступиться за Государя, приложить максимум усилий, чтобы спасти. Если не спасём, то гнев Божий будет на нас, и поражение в войне будет и глад, мор и хлад и т.д. Пачка писем была. Эти письма хранятся в ГАРФе на Б. Пироговке.

Письма адресовались руководящему составу Собора. Кто их получал? Митрополиты Тихон (Белавин) и Владимир (Богоявленский). Несколько писем лично им адресовались. И какая судьба этих писем? Поместный Собор не рассматривал ни одного из этих вопросов, которые были обозначены в этих письмах. Все эти письма легли под сукно. Единственное письмо (я его, кстати, опубликовал) тверского крестьянина Никонова (оно попало на обсуждение Собором, потому что оно было адресовано не руководству Собора, не этим членам Синода, а Тверскому Архиепископу Серафиму (Чичагову), и он вынес его на рассмотрение Собора. То есть другим путем. А те, что шли прямиком, все ложились под сукно и до сих пор пылятся в архиве. А те, которые шли окольным путём, они попали к обсуждению. Это, на мой взгляд, является очень ярким показателем антимонархичности Тихона.

М.В. Назаров: Что касается Поместного Собора, конечно же, там много, в чём можно его упрекнуть. И в непоследовательности и в отказе от монархических принципов и в том, что, действительно не защитили Государя. Эта вина на Соборе лежит. Но это немножко всё-таки другие аспекты этой темы. Я вообще-то планировал наш вечер сегодня построить, что Вы высказываете свою такую громоподобную критику поведения архиереев, что Вы сделали очень сдержанно и мягко, и, в общем, можно принять Вашу позицию. Но, чтобы полемизировать с тем, во что она развилась в статьях Артёма Стадника и владыки Диомида, я всё-таки предложил бы эту позицию завершить и попросил бы Артёма Стадника изложить выводы, какие сделаны им и владыкой Диомидом из этого факта греха цареоотступничества или “ереси цареборчества”, как Вы утверждаете, – применительно ко всей церковной ситуации в наши дни. Потому что, как я полагаю, Вы [А. Стадник] стали одним из идеологов епикопа Диомида. Из Ваших статей даже прямые цитаты я нахожу в его последних заявлениях. И трудно согласиться с тем, что после 17-го года (в некоторых формулировках – даже после 13-го) прекратила существование Русская Православная Церковь и вообще Церковь Христова на земле. И только владыка Диомид в наши дни вновь её восстановил. И только он один Церковь, а все остальные “еретики”, “цареборцы” и “имяборцы”.

 

Артём Стадник: Дорогие братья и сестры, всех православных христиан, во-первых поздравляю с Благовещеньем Пресвятой Богородицы. Господь сказал, что надо судить по делам. Это самый главный критерий. И вот мы должны в принципе посмотреть, что было сделано этим духовенством, к чему эта деятельность привела. Здесь отец Павел Буров сказал про анафему. Вот Михаил Анатольевич, дай Бог ему здоровья, все эти документы поднял, и теперь мы знаем, кто чего делал.

11-го марта 1918 года накануне недели Торжества Православия [епископы-участники Собора] слушали предложение Его Святейшества [Патриарха Московского и всея Руси Тихона (Белавина)] «Обсудить вопрос о совершении чина последования Православия в первую неделю Великого поста… ПОСТАНОВИЛИ: В чине последования в неделю Православия первые десять анафематствований оставить без изменений, одиннадцатое («помышляющим, яко православные государи») выпустить, – двенадцатое оставить без изменения…» и так далее. Подписали: Председатель Совещания Патриарх Тихон [(Белавин)]; секретарь Серафим Епископ Челябинский (Александров).

То есть отмена анафемы – это дело рук патриарха Тихона. Он первым свою подпись поставил. То есть Церковь анафемой в принципе ограждает учение Православное от лжеучений. Вот было это анафематствование введено, а тут его отменяют. Мы должны задуматься: значит, что-то произошло в сознании, не просто так его отменили. Это раз. Потом ересь ереси рознь. Некоторые ереси, они настолько тонки – они могут не отражаться никак ни в богослужении, ни в чём. Но здесь такая, так сказать, махровая ересь: вот как все богослужения, все чины перекроили, Царя везде убрали, тропари исказили. Вот правильно Михаил Анатольевич сказал – Георгий Победоносец, если он был «Царей поборниче», зачем Патриарху Тихону и Владимиру Богоявленскому надо было создать комиссию, чтобы там всё убрать? И ещё ввести “Всепетая Богородице… спаси благоверное Временное правительство наше, ему же повелела еси правити, и подаждь ему с небесе победу”. Вот это – дела этих архиереев.

Что мы должны? Мы должны слушать нынешних последователей этих людей? Или мы должны сопоставлять эти деяния с учением Святых отцов и делать выводы? Мозг нам дан не просто так, а чтобы мы сверяли всё вокруг происходящее с той Истиной, которая нам открыта. А то, что учение православное для христиан православных евангельское, – оно является непреложной Истиной. И соответственно Соборы Святых Отцов (7 Вселенских Святых Поместных Соборов) они это учение евангельское для нас раскрыли и уложили в письменном виде. И вот, действительно, в деяниях 7-го Вселенского Собора есть такое определение, смысл, которого такой: Император тогда посодействовал упразднению ереси, и вот Святые Отцы это так уложили: «Бог умилостивился над отверженным народом Своим… Он воздвиг нам рог спасения… Этот рог – Вы, Святейший (имеется в виду Патриарх Тарас), а также занимающий по Церковному Установлению второе место в Церкви Боговенчанный и Богоносный Богизбранный Император наш и владыка Вселенной. Священник есть освящение и укрепление Императорской власти, а Императорская власть есть сила и укрепление Священства…». То есть, по учению Святых Отцов Император занимает вторе место в Церкви. А то, что вообще никакого места – это новое “учение”, не соответствующее Святым Отцам. А вот все последователи того революционного Синода и, соответственно, вот этого Собора 17-18 годов, полностью убрали из богослужений упоминание о Царстве, и – конкурентов священству нет, они одни «проводники Божественной Воли». Во что это вылилось, мы видим : перевес на этой чаше весов фактически ведёт к папизму. У нас уже второго “папу” фактически делают.

Михаил Анатольевич занимался фактически тем периодом досоветским, но и в советское время Патриарх Тихон тоже оставил много документов, о которых мы должны знать. Неоднозначно говорят, что он, мол, «под влиянием советской власти вынужден был делать такие-то заявления». Я читал акты патриарха Тихона, толстую патриархийную книгу собрали они (патриархат собрал материалы).

В 1923 г., находясь под стражей, он писал в Верховный Суд РСФСР (16.6.1923), позвольте зачитать:

«Заявление Патриарха Тихона в Верховный Суд РСФСР (16.6.1923)

Обращаясь с настоящим заявлением в Верховный Суд РСФСР, я считаю по долгу своей пастырской совести заявить следующее:
Будучи воспитан в монархическом обществе и находясь до самого ареста под влиянием антисоветских лиц, я действительно был настроен к Советской власти враждебно, причем враждебность из пассивного состояния временами переходила к активным действиям, как-то: обращение по поводу Брестского мира в 1918 году, анафематствование в том же году власти и, наконец, воззвание против декрета об изъятии церковных ценностей в 1922 году. Все мои антисоветские действия за немногими неточностями изложены в обвинительном заключении Верховного Суда. Признавая правильность решения суда о привлечении меня к ответственности по указанным в обвинительном заключении статьям Уголовного Кодекса за антисоветскую деятельность, я раскаиваюсь в этих проступках против государственного строя и прошу Верховный Суд изменить мне меру пресечения, т.е. освободить меня из-под стражи.

 

При этом я заявляю Верховному Суду, что я отныне Советской власти не враг. Я окончательно и решительно отмежевываюсь как от зарубежной, так и внутренней монархическо-белогвардейской контрреволюции. 16 июня 1923».

Но этим дело не закончилось. Через несколько дней он выпускает повторное заявление в подобном же духе, где говорит, что Церковь окончательно отмежевалась от всякой «конрреволюции» и так далее и тому подобное. Вот подумайте, братья и сестры, что будет угодным в очах Божьих – почитание этого человека как святого, или же благоразумнее, по крайней мере, уклониться от такого почитания, дабы не навлечь на себя гнев Божий, не стать соучастником вот эти всех деяний. А что касается Владыки Диомида, то Милостью Божией такой архиерей есть, которому Бог дал такие силы, что он высказал эту проблему. Сейчас есть чин покаяния, о котором говорилось из президиума. Этот чин проходит в Тайнинском, ближайший чин будет в субботу в 10 часов. Спаси Христос!

М.В.Назаров: Да, Вы здесь тоже были гораздо умереннее, чем в своих статьях, но это хорошо. Я хотел бы вот что сказать, Артём, возражая на это Ваше выступление. Во-первых, члены Поместного Собора, когда предлагали убрать этот анафематизм, и члены Синода, когда убирали упоминание о Государе из богослужебных текстов, они исходили из простой мысли. Она может быть названа “цареотступнической”, но она проста: Церковь поминает ту власть, которая есть в государстве. Если нет больше Царской власти, и Царь призвал поминать Временное правительство, они должны изменить богослужебные тексты и поминать ту существующую власть, которую призвал поминать Государь. С этим можно спорить: это цареотступничество, они должны были, может быть, иначе себя вести, но это – смягчающее обстоятельство, и почему Вы не хотите его учесть? Это первое.

Второе. Вы всё-таки забыли объяснить, почему Вы считаете, что Епископ Диомид вправе всех считать еретиками и цареборцами, а себя одного истинным архиереем. Главное, в этих случаях есть очень мудрое церковное напоминание, которое основано на словах Христа: кто из вас без греха, первый брось на нее (грешницу) камень (Ин., 8.7). Вот на каком основании, скажите мне, Вы, Епископ Диомид, какие-то другие люди, которые называют “мерзавцами” (а это Ваши слова, согласитесь) Патриарха Тихона, новомучеников, – чем Вы заслужили право бросать камни в тех людей, живших в то жуткое время? Я не оправдываю эти уступки советской власти. Но, я разместил на сайте издательства «Русская идея» три статьи Дмитрия Сафонова. Он проводит очень убедительный анализ, что очень многие тексты, которые публиковались от имени Патриарха Тихона, были подложные. Это и “завещание” его, это и интервью по поводу Ленина, и многое другое.

Вообще нужно понимать ситуацию, в которой оказался не только Патриарх, но и Русский народ. Никакого не могло быть предположения, что Патриарх надеялся на большевиков. Вы очень ловко и неправильно интерпретируете его слова. Его первые антибольшевицкие, антиправительственные заявления 18-го года были сделаны в надежде, что в народе есть политические силы (Белая армия начала образовываться), которые смогут бороться, в том числе и силою, с большевицкой властью. Он не дал благословения армии Деникина, демократической, но дал благословение намерению генерала монархиста Келлера создавать монархическую Северо-Западную Армию. Он благословил адмирала Колчака.

И вот, когда он увидел, что народ наш не изжил эту смуту (а изживание такой смуты, которая привела к Февральской революции, невозможно за какие-то считанные месяцы и недели), он понял, что он должен изменить политику борьбы на терпеливое просвещение народа, на возвращение Русского народа к правильному пониманию революции, которая произошла. Этим и объясняется то, что он счёл для себя возможным даже в чём-то позорить, сделав вот эти заявления с признанием советской власти. Но, когда он писал, что «я советской власти не враг», он потом на это сказал: «Я не сказал, что я ей друг». Он в тех условиях жидобогоборческой оккупации отдавал «кесарю» кесарево, но не отдавал «кесарю» Божьего.

Митрополит Сергий (Страгородский), его преемник будущий, он нарушил это правило. Он переступил эту грань. Патриарх же никого не принуждал силой поступать также, как он, с такими же заявлениями о лояльности власти. Он отказался и выполнил это своё упорное нежелание отлучать от Церкви, запрещать в служении эмигрантских архиереев. Он их осуждал, но он никогда не счёл себя в праве созвать суд, судить, лишить сана, запретить в служении. Он стоял в каких-то принципиальных вещах очень твёрдо, и за это он и причислен к лику святых. Он не отдавал Божие «кесарю», он не требовал признания от всего духовенства лояльности советской власти. И поэтому я не понимаю, кода мы свысока в истории судим так, что «мы сами безгрешные», и бросаем камни в тех вот людей, которые находились совсем в другом положении. И поэтому, Артём Стадник, Ваш сегодняшний примирительный тон, если бы Вы в таком тоне писали свои статьи, у меня бы не было особых возражений. Но так, как Вы их пишете… Вот Вы мне присылали для размещения на нашем сайте – без комментария их поместить невозможно. А на комментарии у меня нет времени. Так что, простите.

Далее собравшиеся почтить память Святого Патриарха Тихона заслушали очень глубокое, деликатное и истинно пастырское слово священника Валерия (Леоничева), который призвал к осторожности в осуждениях Новомучеников и напомнил об опасности соскальзывания в ересь “царебожничества” – которая может послужить и оправданием власти антихриста.

Блеснул категоричностью и остроумной эрудицией писатель, патриотический деятель Вячеслав Дёмин. Как всегда содержательнои увлекательно выступил глава Союза “Христианское возрождение”, член главного совета СРН Владимир Николаевич Осипов, говоривший о духовных причинах революции и проблеме цареотступничества архиереев. Профессионально прокомментировал тему вечера историк Александр Михайлович Хитров, отметивший, что ко всем церковным публикациям после 2 марта 1917 г. следует относиться осторожно: их уже не всегда можно считать подлинными и свободными. Непреклонность своих убеждений (в духе названия выпускаемого им журнала “Православие или смерть!”) проявил в своём выступлении один из авторов “письма пятерых” патриарху Алексию Юрий Владимирович Сапронов. И с короткими репликами повторно перед собравшимися выступили М.А. Бабкин и Артём Стадник.

Убедительную точку в дискуссии поставил председатель Московского отдела СРН, руководитель издательства “Русская идея” Михаил Викторович Назаров:
«Одна из самых важных черт Православия – соблюдение чувства меры. Когда чувство меры не соблюдается, можно и защиту истины превратить в такой погром Церкви, что камня на камне не останется. Эта угроза есть у нас среди православных ревнителей, как о том справедливо говорил отец Валерий: когда из справедливого чувство отвержения лжи, нарушения канонов, всего, с чего правильно начал владыка Диомид, что не нравится и многим прихожанам Московской патриархии, делаются такие далеко идущие выводы, что только я один – единственный истинный в мiре епископ. Это утрата чувства меры. И таких примеров можно привести много именно в кругах наших православных ревнителей, которых по сути с Зарубежной Церковью ничего не разделяет. Разделяет иногда искусственно чья-то рука, которая вбрасывает вот эти семена: а зарубежники – тоже “цареборцы”, они с Гитлером хотели захватить русскую землю, как пишет владыка Диомид. Он хотя бы поинтересовался историей Второй мiровой войны. Я ему отвечал на эти утверждения, в том числе на другие несуразности, и владыка Агафангел отвечал – эта полемика стоит у нас на форуме.

При всем уважении к смелости владыки Диомида – ему не хватило вот этого чувства меры, не хватило исторического образования, не хватило понимания ответственности той роли (собрать Собор верных), на которую он мог бы выйти с Божией помощью. Но его соблазнили на легкий путь гордыни самоутверждения.

Конечно в таких дискуссиях и мы тоже не всегда собюлюдаем чувство меры. Его трудно соблюдать, поскольку не все мы специалисты в истории, в богословии. Поэтому повторю то правило: “Кто без греха, пусть первый бросит камень”. А уж забросали камнями и Патриарха Тихона, и Новомучеников очень сильно. Да они согрешили в то трудное время. Это были и плоды всего того апостасийного духовного развития в русском обществе, о чем говорил Владимир Николаевич. Они согрешили, потому что их обманули. Потому что обманули и Государя, который призвал их к такому поведению. Они согрешили в том, что забыли (допускаю это) и не сразу поняли, что такое православная монархия – какой это столп, без которого всё рушится… Во всем этом они согрешили в то время, сделали ошибки. Но не было у них греха сознательной борьбы против православной государственности, против монархии, проповеди “цареборчества” – в чем их упрекает владыка Диомид. И когда наступило время лично, жизнью своей ответить, сделать выбор: ты с кем – с врагами России, Церкви и Христа или ты готов умереть за Православие, за Церковь? – они умерли. И поэтому они святые.

Много святых допускали грехи, но своей кровью мученической смывали эти грехи, поскольку не отрекались ни от Христа, ни от Церкви. И упрекать их в том, что это только “возмездие” Божие было за нераскаянные грехи – это ну такая гордыня, что тут уже не только чувство меры утрачивается, но и нравственное чувство повреждается того, что они вообще говорят. Вот таким своим мнением я наш сегодняшний вечер закончу… Будет желание – мы можем дискуссию продолжить, памятных дней новомучеников много…
Благодарю Михаила Анатольевича за действительно первооткрывательскую работу по постановке этой проблемы. Призываю только строже трактовать источники и с большей любовью к согрешающим отнестись к ним в то сложное переломное смутное время. А от нас, братья и сестры, сегодня не требуется таких сложных мучительных решений и жертв, нас не станут расстреливать, от нас требуется гораздо меньшее: послужить истине. И давайте стремиться послужить истине сегодня каждый на своем месте. Это более легкая задача, хотя она требует и от нас усилий. Давайте их приложим».

Материал подготовил Н.В. Дмитриев

Источник http://srn.rusidea.org/?a=400200015

Дополнительные материалы

Фёдор Гайда «Священство и царство в жанре фэнтези» Рецензия на книгу М.А.Бабкина «Священство и Царство»

 

(Просмотров за месяц: 579, за сегодня: 3)
Всего просмотров: 788